Открывающим (забвение) движением мы поворачиваемся к тому, что избегает (смерти), как если бы единственн..
Не надо также пэй визит какой-нибудь старухе еврейке в ее шопе и сажать ее верхом на кассу, выгребая у нее на глазах дневную выручку. Но! Как говорится, мани не главное...
.. - Вы не хотите остановиться и выслушать меня? - Да-да. - Тогда сделайте одолжение и посмотрите вокруг. - Я? - Да. - Здесь?..
В.Кулагина-Ярцева, Н.Кротовская, перевод с испанского, 2003
Пролог
Весна взгляда
"О, моя Америка, сладостная, открытая мною земля!" - пишет Матео
Ренальдо Колумб (или Матео Ренальдо Колон в испаноязычной версии) в своем
труде "De re anatomica"*. Это не горделивое восклицание наподобие
знаменитого "Эврика!", а сетование, горькая пародия, которую он видит в
собственной судьбе и своих неудачах, пародия на образ и судьбу своего
генуэзского однофамильца, Христофора. Та же фамилия и в какой-то мере та же
судьба. Они не были родственниками, и один из них умер уже через двенадцать
лет после рождения другого. "Америка", открытая Матео, была менее отдаленной
и несоизмеримо меньшей, чем Америка Христофора, она не намного превосходила
размерами шляпку гвоздя. Однако ее открытие замалчивалось до самой смерти
исследователя и, несмотря на незначительность ее размеров, вызвало не меньше
волнений.
Возрождение. Самый распространенный глагол - "открывать". Чистые
априорные рассуждения и засилье силлогизмов уступали место эмпирике
взглядов. Это, и в самом деле, была весна взгляда. Возможно, в то время как
Фрэнсис Бэкон в Англии и Кампанелла в Неаполитанском королевстве утверждали
ценность факта, а схоласты блуждали в бесчисленных лабиринтах силлогизма, в
то самое время неотесанный мужлан Родригоде Триана восклицал "Земля!" и, не
подозревая того, приближал новую философию взгляда. Схоластика - Церковь
наконец поняла это - оказалась недостаточно рентабельной, или, по крайней
мере, давала меньше прибыли, чем продажа индульгенций, - с тех пор как
Господь решил брать деньги с грешников. Новая наука хороша, если служит
добыванию золота. Хороша, если не опровергает истин Писания, и еще лучше,
если трактует об искусстве наживать состояния. Солнце стало вращаться вокруг
Земли не за один день, так и геометрия со временем восстала с плоскости
бумаги, чтобы завладеть трехмерным пространством топологии. Это самое
большое достижение ренессансной живописи. Если природа записана
математическими символами - как заявлял Галилей, - живопись должна стать
источником нового понимания природы. Фрески Ватикана -- это математическая
эпопея, о чем свидетельствует концептуальная пропасть между "Рождеством"
Лоренцо Монакского и "Торжеством креста", фреской из апсиды Капеллы Пиета.
Кроме того, по сходным причинам изменяются карты неба, земли, человеческого
тела. Анатомические атласы - новые навигационные карты хирургии... Вернемся
теперь к нашему Матео Колону.
Возможно, вдохновленный совпадением своей фамилии с фамилией
генуэзского адмирала, Матео Колон решил, что и его предназначение -
открытия. И пустился в свое плавание. Разумеется, он плавал по иным морям,
чем его однофамилец.
Милостивый государь, Федор Алексеевич. Ваша известность в литературном мире, уважение к Вам просвещенной публики и свойственная Вам снисходительность, с помощию которой в самых первых опытах являющегося на суд публики произведения так искусно Вы умеете находить некоторые достоинства и так деликатно указывать на недостатки, - заставили автора прилагаемых здесь стихотворений обратиться к Вам с просьбою о напечатании их в Вашем журнале, если Вы, по своему великодушию, не захотите отказать этому неизвестному автору в глубокой для него чести - Вашем покровительстве. Может быть, просьба моя покажется для Вас странною. Пусть так; но я уверен в Вашем благородстве: Вы не захотите заклеймить язвительною насмешкою бедного провинциала, не имеющего в своих руках верных средств, с которыми он мог бы действовать благоразумнее, не ставя себя в двусмысленное положение. Я даже осмеливаюсь предполагать, что мое двусмысленное положение скорее возбудит в Вас участие, нежели холод-1 ность. Вот моя краткая биография. Будьте моим судиею. Я - бедный мещанин. Круг моих знакомых не велик и не завиден. Образование получено мною весьма недостаточное, но с раннего детства в душу мою запала глубокая любовь к литературе. Помню, как всякое произве-аениег запечатленное талантом, приводило меня, еще ребенка, в восторг, который я не мог себе объяснить. Кан тогда билось мое сердце! Как быстро обращалась кровь в моих жилах! Этой любви я не утратил и доселе. В моей грустной действительности единственное для меня утешение - книги и природа: в беседе с нею я забываю все меня окружающее. Она - мой первый наставник, научивший меня знать и любить бога. Она - моя мать, утешающая меня в минуты тоски и сомнений. Изумляя меня своею тишиною и величием, она заставляет меня слагать задумчивую песнь и проливать сладкие слезы. Быть может, мои слова вызовут на уста Ваши насмешливую улыбку. Быть может, все это - один бред моего раздраженного воображения, потому-то я снова повторяю: будьте моим судиею, покажите мне мое собственное значение или мою ничтожность...
